Семейный долг для истинного наслаждения
Ольга
С самого детства меня пичкали старой историей о прапрадеде Александре, что служил при дворе последнего императора, о его долге перед семьёй красноармейца. Я считала эти россказни всего лишь красивой семейной легендой, но родители и дед вздыхали, довольно потирая руки: наш род Нуждиных обрывался на мне. Когда я выйду замуж и сменю фамилию, став частью другой семьи, наш семейный должок спрашивать будет больше не с кого.
Да только вот незадача – строптивая наследница в свои двадцать шесть лет никак не могла найти себе достойную партию!
– Андрюша такой притягательный мужчина, – сказала мама за завтраком. – Олечка, ты бы присмотрелась к нему повнимательнее. Приличная семья, никаких порочных связей.
– Мама! – закатила я глаза, раскрывая «Ведомости», – Мужчина на десять лет меня старше, а без мамкиной титьки слова сказать не смеет. Я хочу, чтобы мой мужчина был мужиком! Чтобы я была за ним, как за каменной стеной! Понимаешь, за мужем! Чтобы он мог приумножать наш бизнес, а не ныл под родительской юбкой. Я детей хочу, конечно, но не выращенных чужой мамкой и почти сорокалетних.
– С твоим характером тебе вообще никакой муж не светит, смотри, дождёшься, что Беспаловы придут и возьмут всё, что мы имеем.
– Мама! – я повысила голос до опасных октав. – Двадцать первый век на дворе, ты думаешь, кроме нас, кто-то ещё верит в древние сказки? Эти Беспаловы в реальности существуют?
– Ещё как существуют! Если бы ты интересовалась чем-то, помимо своих отчётов, то знала бы, что они живут в соседнем городе!
– Прекрасно, – фыркнула я. – Прямо-таки Монтекки и Капулетти современности.
– Не начинай, а, – продолжила мать. – Вот увидишь, скоро они придут за нашей лесопилкой и заводом. Посмотрим, как ты тогда запоёшь!
– Ой, мама, – вздохнула я. – Может, это совсем другие Беспаловы? Ну, знаешь, однофамильцы?
– Нет, это те самые! Ты же знаешь, что мы отслеживали их род с тех самых пор.
– Ваша одержимость меня убивает. Это нездоровая ситуация. Зачем целый век следить за чужими людьми? Уверена, они вполне приличные люди, довольствовались своей половиной мешка прапрадедушкиного золотишка и в ус не дуют что-то требовать от нашей семьи.
– Пока ты – Нуждина, мы все под угрозой. Наше дело под угрозой! Может, выйдешь за Андрюшеньку? – с надеждой закончила она.
Я собиралась бросить очередную колкость, но меня прервал звонок в дверь.
– Слава Богу, – прошипела я матери. – Пойду открою.
На пороге стоял высокий брюнет в дорогом костюме. Стильный пиджак и голубая рубашка, оттеняющая смуглый оттенок его кожи, не скрывали атлетического тела, вылепленного, безусловно, тяжёлыми весами и длительными тренировками. Его глаза стального цвета нагло изучили меня, после чего брюнет усмехнулся.
– Здравствуйте, – растянула я с интересом. – Чего изволите, сударь?
– Добрый день. Я так полагаю, вы – Ольга Алексеевна Нуждина?
– Да, это я. Вы ко мне? По какому вопросу?
– И да, и нет. – серьезно сказал мужчина, но в уголках его губ притаилась опасная улыбка. – Видите ли, я – Беспалов.
Мои глаза чуть не выкатились из орбит, и я закашлялась.
– Кто, простите?
Он опешил.
– Беспалов, – повторил мужчина так, словно говорил со слабоумной. – Георгий Константинович Беспалов. Я бы хотел переговорить с кем-нибудь из мужчин Нуждиных.
– Папа!!! – завопила я.
К чёрту вежливость.
Георгий
Не успел я вернуться из Лондона, как на меня ворохом посыпались проблемы.
Бывшая жена подала апелляцию на решение о разделе совместно нажитого имущества, а я вовсе не стремился возвращаться в ближайшее время и уж точно – не для встречи с ней.
Родители лаялись круглые сутки, обвиняя друг друга в расточительстве, но я знал, что они – идеальная в своей неидеальности пара и оба виноваты в предстоящем банкротстве фабрики. Их беспечность привела к катастрофе масштаба отдельно взятой семьи.
– Костя, мы должны пойти к Нуждиным и потребовать возвращения долга, – взвизгнула мать.
– Как ты себе это представляешь, Наталья? Они, вероятно, и думать забыли об этой байке! Прошло без малого сто лет!
– Разве можно забыть, что их род продолжает существовать благодаря нашему?
– Мам, папа прав, легенда об Афанасии Беспалове – это просто легенда. Никто в здравом уме не может рассчитывать на некий мифический долг.
– Много ты понимаешь, Георг! – воскликнула мать. – Твой дед уверен, что они прекрасно всё помнят. Он сталкивался с Нуждиным на форуме. Тот прекрасно знал, кто такой Иван Беспалов.
– Сомневаюсь, что знать и реально верить – это одно и то же!
– Нам уже ничего не поможет, они должны отдать нам всё! Костя, отправляйся прямо завтра и потребуй завод или лесопилку. А лучше – и то, и другое! Мы останемся на бобах, если немедленно не сделаем вливание в бюджет!
– Мама, я прошу тебя, то, что вы с отцом нецелесообразно распорядились капиталом фабрики – только ваша проблема, а, точнее, наша. Семейная. – Я устало потёр виски. – Никакой сказочный долг не изменит положение, если вы продолжите в том же духе! Я вернулся, чтобы помочь вам, но оставь эту тему про Нуждиных. Слышать больше не могу!
Я резко поднялся и вылетел из комнаты.
– Гоша, – прокряхтел из кабинета дед. – Зайди к старику.
– Чего, дедушка?
– Я решил, что перепишу бумажную фабрику на тебя. Но ты знаешь, что должен быть женат на момент вступления в должность. Жаль, что ты так поспешно развёлся с Викторией.
– Дед Иван, – я покачал головой, – знаешь ведь, что я не мог поступить иначе.
– Мог, не мог, – крякнул он. – Что прикажешь теперь делать? При закладывании фундамента фабрики были писаны правила, сам знаешь. Только семейный человек может встать во главе. Не могу я родителям доверить детище. И так они почти по миру нас пустили.
– Ну не могу же я жениться на первой встречной, – усмехнулся я.
– Фиктивные браки для того и придуманы, – мудро заметил дед. – Иначе по миру пойдём и мы, и Нуждины.
– Дед, и ты туда же? Сколько можно поминать эту семью? Сто лет прошло, а вы всё верите в эту сказку?
– Я знаю Петра Митрофановича, сына Митрофана Александровича, которого пожалел твой прапрадед. Они с уважением относятся к семейной истории и верят, что однажды к ним может прийти потомок Афанасия. И они отдадут всё, чего бы он ни попросил. Другого круга люди. Верные своему слову. Понимаешь?
– Что, – усомнился я, – прямо-таки всё?
– Будь уверен. – отрезал дед. – Родители пока не знают, но скоро скумекают: у Алексея Петровича дочка, единственная, как только выйдет замуж, конец договорённости. Не останется больше Нуждиных. Следующие поколения пойдут под другим именем. Как только Наталья поймёт это, стрясёт с их семьи всё до последней копейки.
В намерениях своей матери я не сомневался, поэтому крепко призадумался.
– Дочь, говоришь? – усмехнулся я деду. – Посмотрим.
Найти её в сети не составило особого труда. Ольга Алексеевна совсем не подходила под мой типаж и ни капли не была похожа на мою бывшую: пышногрудая блондинка с широко распахнутыми голубыми глазами, вовсе не осиной талией, невысокого росточка.