Обещанная врагу
Лунный свет осторожно проникал в комнату через прозрачные стекла, расцвечивал привычные предметы и стены в невероятные, фантастические узоры, серебрил темные кудри юноши, задумчиво сидящего у окна. Его палец чертил в пространстве странные формулы, губы шептали слова заклинаний, но вместо ожидаемого фантома в воздухе появлялись и таяли тени. Наконец, он уронил голову на руки и громко застонал.
- Черт! Ну почему я родился такой бездарностью?! Мои сокурсники творят Памелу Андерсон одним щелчком пальцев, и только я, вооружившись горой книг, вместо несчастного котенка создаю лишь горстку призраков! – Тихий стук в дверь отвлек его от горьких размышлений. Он быстро сбросил учебники на пол и схватил лежащий неподалеку журнал, старательно делая вид, что все в порядке. Мама осторожно просунула голову в комнату, ее взгляд сочувственно оглядел беспорядок возле окна и остановился на журнале, который ее сын так увлеченно рассматривал, держа его вверх ногами.
- Эрик, сыночек, шел бы ты спать? Уже поздно, - Она послала ему ласковую улыбку, - А завтра рано вставать...
- Мама, ну сколько раз говорить, я сова, поэтому, что бы выспаться мне хватает несколько часов в сутки, - Засмеялся юноша, но глаза его при этом оставались грустными. – Но не волнуйся, я уже собирался ложиться.
- Спокойной ночи, увидимся за завтраком. Удачи на завтрашнем зачете. – Мама как всегда в своем репертуаре, служит буфером между всеми членами семьи, осторожна и незаметна, но незаменима. Однако Эрик не мог удержаться от ядовитой шпильки.
- Это ты говоришь только от себя, или папа тоже присоединился к твоим наилучшим пожеланиям? Ах да, я и забыл, ему наплевать на мою жизнь, я ведь неудачник, который по чистой случайности получает лишь отличные оценки на всех экзаменах. Ладно, сладких снов, мам. – Дверь тихо притворилась за собой. Злость и негодование переполняли Эрика, усилием воли он создал небольшой огненный шаг на ладони, который опасно покачивался от малейшего порыва ветра, и грозил потухнуть, не долетев до цели – кривого дерева у окна. Потом он размахнулся и швырнул его вперед, прямо на крепкую ветку без листвы. Раздалось тихое шипение, в небо взлетела пара искр. Сегодня не удался даже импровизированный фейерверк. Эрик вздохнул и спрыгнул с подоконника, послав тоскливый взгляд на небо, мысленно задавая свой постоянный вопрос: "Сколько можно? Сколько можно притворяться нормальной семьей? И за что мне это? Я устал так жить..."
Около семи утра хлопнула входная дверь. Эрик поморщился. "Блудный брат вернулся, какое счастье. Теперь все будут порхать вокруг него, словно бабочки ранней весной, что бы не дай Бог рассердить или испортить настроение. Как же меня тошнит от этого!"
- Эрик, поставь, пожалуйста, еще тарелку, - Как ни в чем не бывало, обратилась к нему мама, - Мы будем завтракать вместе.
- Еще чего! – Громко ответил он, начиная закипать, - Разве мой братик вернулся с гулянок безруким? – Луанна вздохнула:
- Не начинай, пожалуйста.
- Я глух и нем, - Поджал губы Эрик. Ненадолго воцарилось молчание. Эдвард вошел, казалось, заполнив собой небольшую, уютную кухоньку. Луанна украдкой рассматривала старшего сына – крепкая, мускулистая фигура, длинные светлые волосы, в беспорядке разметались по плечам, каменное выражение лица. Гроза девчонок в свои двадцать Эдвард был своеобразным эталоном красоты, но красота его была жестокой и холодной, словно высеченной из мрамора. Эрик, с его неправильными, но нежными чертами лица был милым восемнадцатилетним юношей, темные короткие кудри, в которые хотелось запустить пальцы, большие, ярко зеленые глаза в зависимости от ситуации могли сиять изумрудами, или становиться осколками льда, цвета океана. Не такой высокий, как Эдвард, он не подавлял своим ростом, а от его улыбки веяло теплом и силой. Такому как он можно доверять, в то время как Эдвард внушал лишь страх. Хотя и притягивал тем же...
- Отец будет? – Отрывисто бросил он.
- Да, с минуты на минуту, - Луанна помешала пельмени на плите, не поднимая глаз. Эрику вдруг до боли, до крика стало жаль ее. Куда делась та дерзкая и насмешливая мама, которая могла одним взглядом заморозить озорников, таскающих за хвост соседского кота? Она самоустранилась, проблемы быта и демонов стали самыми важными составляющими ее жизни, но не семья, не ее сестра, муж и дети... В глазах защипало.
- Алло, народ, не спим! – В кухню ворвалась Лаура, его любимая тетя, и по совместительству знаменитость Кроссроуда.
- Привет работникам ножа и топора, акулам пера! – Засмеялась Луанна и на несколько мгновений преобразилась в ту, о ком у Эрика остались одни воспоминания. – Садись за стол, я угощаю своим фирменным завтраком.
Лаура плюхнулась на стул, не обращая никакого внимания на Эдварда, который нахмурился. Они физически не переваривали друг друга, за что Эрик еще больше любил свою тетушку. Иногда ему казалось, что они с Лаурой двойники – настолько их характеры и силы были похожи.
"Твоя сила – вот тут, - Говорила она несколько лет назад, тыкая пальцем в грудь Эрика, - Твое сердце, душа, твои эмоции... Это одновременно хорошо и плохо. Эмоциями трудней управлять, но с другой стороны они преподнесут тебе не один сюрприз в момент, когда ты будешь нуждаться в этом.
- Но ведь эмоциями невозможно управлять? – Искренне изумился мальчик тогда.
- Невозможного нет, запомни это, малыш. Тут главное уметь надевать нужную маску, сверкать ослепительной улыбкой, когда льются слезы, быть спокойным и хладнокровным, когда сердце рвется из груди... И тогда твоя сила станет бомбой, но только ты вправе решать, когда нужно взорвать эту бомбу, и поверь, эффект неожиданности станет вторым твоим оружием, похлеще взрыва". Эрик тогда мало что понял, зато сейчас эти слова были его девизом по жизни. И ему казалось, что Лаура догадывается об этом, и втайне от всех гордится.
Эрик вздрогнул, когда из тысячи сверкающих частиц возник Райан. Восемнадцать лет продолжается одно и то же, и, наверное, жизни не хватит, что бы привыкнуть к тому, что его отец возникает и исчезает по своему хотению.
- Здравствуй, отец, - Ровным голосом проговорил он. Райан послал всем сразу яркую улыбку, потрепал по волосам Эдварда и приник в долгом поцелуе к Луанне. Эрик прикусил губу. Снова он для отца – пустое место. Он случайно оглянулся и наткнулся на колючий взгляд серых глаз брата, цвет которых напоминал ему гранитные кладбищенские плиты.
- Садитесь все за стол, - Засуетилась Луанна и отвернулась, скрывая краску смущения на щеках. Райан, как ни в чем не бывало сел во главе стола.
- Я ненадолго, дела, дела...
- Мы и не сомневались, - Скривил губы Эдвард. Райан глубоко вздохнул, но промолчал, безуспешно стараясь поддержать разговор, наконец, обратился к младшему сыну.
- Как проходит учеба, Эрик? Зачеты не замучили? – Его ресницы взлетели вверх, словно крылья диковинной птицы, в глазах загорелся свет. Неужели отец решил вспомнить о неудачнике? Или он решил воссоединиться с семьей? Память услужливо подсказала, что таких семейных завтраков не было давно, да и поцелуй говорил о многом... Но ответить он не успел. Эдварду видимо наскучила семейная идиллия, и он заговорил, отвешивая расчетливые, ядовитые слова.
- Ну что ты, папочка, малыш уже третий месяц не может создать фантома, хотя и бредит этой идеей. Выучить наизусть книгу заклинаний может каждый, но ведь силу себе не наколдуешь, не правда ли Эрик? – Уничтожительно обратился он к брату. Щеки ярко вспыхнули, глаза гневно заискрились, прогоняя теплый и нежный свет.
- Замолчи, ты, Великий и Ужасный! Думаешь, если тебе в наследство досталась сила, то ты можешь унижать других? Если хочешь знать, ты зарываешь свой талант в землю, пропадая на бесконечных гулянках и попойках!