Случайная семья для генерального
Больше никогда! Ни за что! Не пойду на корпоратив!
Голова болит так, словно я вчера выпила пару ведер напитков с градусом. Но я не пью. Вообще! Совсем!
Откуда похмелье? С чего мне так плохо-то?
Над ухом раздается сдавленное мужское покашливание. Но я списываю это на слуховые галлюцинации.
— Сухарева, я, конечно, извиняюсь, а какого хрена ты забыла в моей кровати?
Приехали! Вот до чего довело мое увлечение генеральным. Уже кажется, что он где-то рядом, ещё и обращается лично ко мне, хотя на работе он меня никогда не замечал.
Да я уверена, что он даже имени моего не знал! Точнее, фамилии…
— Сухарева, я с кем разговариваю? — и так реально он говорит, что я даже верю. — Что ты тут делаешь?!
Упс!
Я распахиваю глаза, и волнение о своем самочувствии улетает куда-то в космос. Таращусь на своего… генерального директора.
А потом взгляд опускается на его грудь… обнаженную! Вот это поворот!
— Т-тимур Ар-ар-артурович? — хлопаю ресницами, которые тоже болят, как после хорошей пьянки. — А вы как тут?..
Резко сажусь на кровати, на автомате кутаясь в покрывало. Стараюсь шевелить только глазами, потому что боюсь, голова отвалится от боли.
Номер… не мой! Шикарный люкс, а у меня эконом был.
И мужик рядом. И ладно бы просто коллега, хотя тоже такое себе. Так нет же… сам Басов! К щекам тут же приливает румянец. Падаю обратно на кровать и накрываюсь с головой, чтобы генеральный не видел моего позора.
— Я как? Это ты как? Я засыпал в одиночестве.
Тру лоб, все так же под одеялом. Ничего не помню.
Только корпоратив, и все… Потом стало слишком весело, громко и задорно. Провал… а выныриваю я уже в номере своего босса.
— Я не помню, — выдыхаю еле слышно.
С меня сдергивают мою единственную защиту. Меня бросает в холодный пот, когда я вижу, что на мне нет ни клочка ткани.
Мамочки! Я голая лежу!
— А-а-а-а-а, — кошусь на Тимура Артуровича, он хотя бы в боксерах.
Мысленно выдыхаю. Есть надежда…
Тут же залипаю на тело, будто бы вылепленное скульптором. Все мускулы видны, все так красивенько. Хочется потрогать, погладить. Обли… Стоп, Анечка! Куда тебя понесло?
Это ж Басов! Зажмуриваюсь, пока он не увидел, что я пялюсь на него.
— А между нами… — показываю пальцем то на себя, то на него.
Генеральный тоже не выглядит огурцом, но стеснение не дает мне возможности рассмотреть его досконально. Только какие-то урывки цепляю. Вот он кривит губы, потирает виски. Вот он поднимается и обессиленно падает в кресло… а вот он смотрит на меня.
Громко смеется.
— Сухарева, ты меня извини, но если между нами, — он зеркалит мой жест и высокомерно выгибает бровь, — что-то и было, то я очень разочаруюсь в своем вкусе на баб. Тем более я почти не пил. Что ж так башка болит-то? М-м-м-м...
Я вспыхиваю!
Вот же гад.
Да, я не красавица. Во мне есть несколько лишних килограммов, но это не повод… меня унижать.
Вскакиваю с кровати. Подхватываю лежащее на полу платье и прикрываюсь им.
— Ну, знаете, Тимур Артурович, — поднимаю указательный палец вверх, — знаете? Да, я не фотомодель, но это не дает вам права...
Грожу ему тем самым пальцем, а у самой кожа горит от смущения. Потому что Басов лениво проходится бесстыжим взглядом по моей фигуре.
— Какого права? — он склоняет голову набок, трет лоб с такой силой, что боюсь, как бы дырку не протер. — Черт, да нет. Не могло у нас с тобой ни черта быть. Я бы помнил… Да у меня бы не встал!
Его настроение как-то мгновенно меняется. Он напрягает память, вижу это по хмурому лицу. Складки между бровями аж появились.
А я задыхаюсь от такой грубости.
Это что же… это как же?
Глотаю ртом воздух, которого перестает мне хватать!
— Ну, знаете! Тимур Артурович, я увольняюсь! Это ни в какие рамки!
Дрожащими руками натягиваю вечернее платье, которое вчера казалось мне очень красивым, а сегодня неимоверно бесит.
Попадаю в рукава с третьей попытки.
— Сухарева, да не пыли, что ты… ну, подумаешь. Ну ты реально не в моем вкусе.
— Подумаешь? — змеей шиплю. — Подумаешь?
Подхватываю туфли и босиком выбегаю из номера генерального. На глаза наворачиваются слезы, а я пытаюсь вспомнить, что же все-таки произошло между нами ночью. Помню танцы, помню, сок какой-то выпила, а потом ничего не помню…
Но теперь уже я тоже надеюсь, что между мной и генеральным ничего не произошло. Это ж надо! У него бы не встал. Обидно-то как слышать такое.
Жалко себя до громких всхлипов. Добегаю до своего номера. Падаю на кровать и реву белугой. А ведь я его любила! Чуть ли не эталоном считала… А внутри человек оказался гнилым.
Хамом!
Стоит мне выйти на работу после выходных, как я отправляюсь в отдел кадров писать заявление по собственному. Но начальница убеждает меня перевестись в гостиницу в соседнем городе. Там как раз заму Басова нужна помощница.
Не раздумывая срываюсь, ведь в моем городе меня ничего не держит. Живу я в общаге, подруг особо нет… парня тоже. Только вот мечты о Басове были, и они разбились о его гниль.
А через несколько недель у меня случается задержка и я вижу на тесте две яркие полоски.
Вот тебе и не встал… дорогой генеральный! И что мне теперь делать?