Колдун не спрятался, я не виновата!
В которой алая ведьма ссорится с гримуаром
«…для активации заклинания необходимо, чтобы ведьма была влюблена», – сообщил гримуар.
Я в немом шоке уставилась на пожелтевшую от времени страницу.
– Это еще что за незнакомая со мною строка? – проворчала я и для надежности еще разок пробежалась по рецепту зелья для женской привлекательности.
Нет, странная приписка про влюбленность никуда исчезать не торопилась. Пришлось постучать ноготком по страничке гримуара и вкрадчивым шепотом уточнить:
– Арчи, что за приколы?
Магическая книга взмахнула листами, точно взбешенная птица крыльями. Хлестнула шелковой закладкой по моему указательному пальцу, которым я имела неосторожность воспользоваться для привлечения ее драгоценного внимания, и пропала в ослепительной вспышке телепорта.
– Ай! – несколько запоздало воскликнула я и подула на пострадавший палец.
Вот и какая злая мышь покусала мой дорогой и любимый гримуар?
Кипя от праведного негодования, я уперлась ладонями в край столешницы и отодвинулась от рабочего стола. Ножки стула с грохотом проехались по полу и нервам моей невыносимой светлой соседки.
На днях госпожа Светик решила, что ее методы слежки за конкурентами устарели, и отважилась взять инновационную разработку светлого ковена. Разработка представляла из себя замысловатые сережки с усиливающим слух эффектом и внешне походила на здоровенную ракушку, которую приложили к уху.
Судя по болезненным гримасам на лице соседки, мерещился ей далеко не шум прибоя. Но колдунья не сдавалась.
Точнее, по условиям договора была вынуждена тестировать на себе чудо техники в течение трех дней, и срок истекал сегодня ровно в полночь. Нервы добропорядочной колдуньи за эти три дня натянулись до предела, терпение иссякло, а вот словарный запас заметно пополнился.
В любое другое время я бы даже немного позлорадствовала и, может. подвигала стулом туда-сюда исключительно из природной вредности и врожденного стремления насолить всем представителям света, но сейчас была крайне раздосадована поведением своего гримуара.
Мне завтра зелье привлекательности сдавать, а он устроил не пойми что… Влюбленность, ха!
Да где он видел влюбленных ведьм?
Взбежав по лестнице, я решительно вошла в спальню. Присела возле кровати, дернула нижний ящик тумбочки, где на шелковой алой подушке изволил дуться без всякой на то причины мой гримуар, и грозно уточнила:
– Арчи, что случилось?
Гримуар с возмущенным шелестом глубоко обиженного идиота открылся на рецепте привлекательности и подсветил алыми всполохами пламени строчку: «…для активации заклинания необходимо, чтобы ведьма была влюблена».
– Ты чего? – возмутилась я. – Какая из меня влюбленная ведьма. Я же делаю шесть ошибок в слове «любовь»!
Книга оставалась как никогда серьезна и вообще всем видом демонстрировала, что букв на ветер не бросает, а значит, я или влюбляюсь, или прощаюсь со способностями варить убойные зелья.
Осененная догадкой, я подскочила и обличительно ткнула в гримуар пальцем.
– Я поняла! Ты снова залез в ящик с запрещенкой и наклюкался тех магниевых вспышек!
Гримуар на миг замер, переваривая услышанное. Оскорбился. Повернулся ко мне задом и захлопнул ящичек.
– Ничего не понимаю, – была вынуждена констатировать я.