"Я здесь, чтобы предотвратить большую несправедливость, — начал Саша".

Прода от 11 февраля.

" - Дело в том, что вечеринку с глинвейном организовал я. Сами понимаете, Орест Семенович, Мамонтову трудно было мне возражать. Я очень извиняюсь, за себя и за него, но, по-моему, никакой катастрофы не произошло. Никто до свинского состояния не допился, ничего не испортили, ничего не сломали, никто никого не убил. Ну, это же глинтвейн! Спирт быстро испаряется с поверхности горячего вина — что там осталось!

— Ваше Высочество, осмелюсь спросить, кто еще в этом участвовал?

— Но вы же понимаете, что я не могу ответить. И за ними нет большой вины. Вещи иногда не те, чем кажутся. У меня были серьезные основания поступить именно так, как я поступил. Это не от желания нашкодить, напиться, продемонстрировать щедрость. Да и какая щедрость, фетяску пили!

— Дело не только в этом, Мамонтов очень дерзко отвечал: и своему командиру, и мне.

— Он не мог назвать участников.

— Это не причина для грубости.

— Ему бы не понадобилось дерзить, если бы не я. Так что примите мои извинения. Я вас прошу его отпустить.

Они вышли из палатки на плац, к скамейке, розгам и бледному Мамонтову.

— Вы прощены, господин кадет, — сказал, как выплюнул, Лихонин. — Великого князя благодарите!"

Это второй том "Царя нигилистов", а кому охота начать с первого - вот ссылка.