Восстановить поместье. Вернуть честь. Найти любовь
Дорогие читатели!
Позвольте представить новую книгу Инны Дворцовой
У меня было всё: любящая семья и любимый жених. Во всяком случае я так думала, пока отец и мачеха поверили грязной сплетне. Кто-то пустил слух, что я не сберегла девичью честь. Теперь моя семья опозорена. Жених отказался от свадьбы, а отец чтобы смыть пятно с чести рода сослал меня в разорённое поместье на границе империи.
Мне предстоит не просто выжить, а доказать свою невиновность и восстановить поместье.
— Отец уже подписал дарственную. Поместье в Приграничье твоё. Официально. Но... — Камилла подняла палец с моим кольцом, и сапфир снова вспыхнул синим огнём, — есть маленькое условие. Такая крошечная деталь в договоре. Если ты не справишься с управлением, если сбежишь от трудностей или умрёшь там от холода, голода или ещё какой напасти, земля вернётся семье. То есть мне, как единственной достойной наследнице.
Камилла отступила на шаг, окидывая меня оценивающим взглядом с головы до ног.
— Посмотри на себя. Ты уже похожа на призрак. Бледная, исхудавшая, с синяками под глазами. А зимы на границе, говорят, убивают и более сильных. Волки воют под окнами, снег по пояс, морозы такие, что птицы замерзают на лету. Так что... — она пожала плечами с деланным безразличием, — желаю тебе не мучиться долго.
Развернулась в вихре голубого шёлка и вышла, оставив за собой удушающий запах духов. От их приторной сладости меня физически затошнило. Пришлось схватиться за горло, сглатывая подступившую к горлу желчь.
Варвара, застывшая в углу с мотком верёвки в руках, окаменевшая от услышанного, глухо произнесла:
— Вот же гадюка подколодная. Даже яд свой не прячет. Прямо в глаза плюёт и радуется.
— Они ждут моей смерти, Варя. — Голос мой звучал отстранённо, словно со стороны. — Мачеха и Камилла хотят получить обратно землю, когда я сгину.
Но даже произнося эти страшные слова, я не могла, не хотела верить, что отец — мой родной отец! — участвует в этом заговоре. Не верила, что он всерьёз всё это затеял, что готов отправить родную дочь на верную смерть. Просто хочет проучить, научить смирению. Отец строгий, но не жестокий. Не убийца же он, в конце концов!
— Перехочет ваша мачеха с сестрицей, — буркнула служанка, с такой силой затягивая узел на мешке с добытыми семенами, что веревка жалобно скрипнула. Лицо её покраснело от усилия и злости. — Не дождутся! Мы им ещё покажем, где раки зимуют. Вот увидите, барышня, мы ещё вернёмся, да не с поклоном, а с высоко поднятой головой!
— Они не могут прибрать поместье к рукам пока я жива, но зачем им нужен развалившийся дом?
История пишется в рамках литмоба “Запятнанная репутация”
