Скидка ДО Полуночи + большой кусочек и визуалы горячих мужчин)

Рейтинг... история 18+

Добррого всего!! попаданка в сукккубу и все ее мужчины, пусть даже они не люди (почти все)))

все они тут =>  Всегда ваша, суккуба Стешенька
***

и... я подготовилась, и представлю каждого... даешь равные шансы всем М! ..

Мелмур, оборотень-барс

теневой маг Шэддоу

полу-фэй,полу-фэйри Эртеги

ну и с половины истории мы со Стеф прикупим темного эльфа Часздирна))

и пока без арта, притащу попозже...

Всегда ваши Кото-Лисы)))

***

и притащила кусочек побольше из самых первых глав... продолжение - дальше, больше)))

бумажных платочков, – пробормотала Стеф, осматривая подготовительные истеричные работы. И не ожидала, что ей протянут три платка. Серый, дымчатый и гладко лаконичный от Шеддоу, фиолетовый с вышивкой-цветком Эртеги и простой, небелёный, зато огромного размера от Мелмура.
– Жа-а-алко, спачкать... – вздохнула Стефания.
– Магией почистим, – отмахнулся Шеддоу.
– Магией? Ну тогда ладно! – обрадовалась Стеф. Возможно мужчины ожидали, что она выберет один платок. Но она схватила все три. Пригодятся. – Так, мальчики, спасибо за помощь, у девочки планируется истерика. Ей надо побыть одной.
– Мальчики? – переспросил Шеддоу.
– Помощь? – не осознал, что они такого сделали Мелмур.
– Планируется истерика? – тоже не понял свое Эртеги.
– Да-да, – Стеф мягко подтолкнула ненужных зрителей к выходу, а потом, пользуясь их растерянностью, и за дверь. – И прошу не беспокоить, – с улыбкой попросила она, закрываясь.
Уф, вот теперь можно было расслабиться. На кровать Стеф запрыгнула с разбега. Никаких картинок, лишних зеркал и филиала секс-шопа на дому. Устроившись в подушках, она сложила руки на коленях, как послушная ученица. Ещё слышала, как потоптались за дверями мужчины, перед тем как разойтись.
А потом начала доставать из «сундука» воспоминания.
Как с мамой готовили её первый самостоятельный пирог папе на день рождения. Получилось криво и с одного боку начинка потекла, но папуля поцеловал её в макушку и уверил, что это лучший подарок.
Как с братьями спорили кому больше фасолин в рот войдет. И как они смешили ее, чтобы она не смогла победить. Посиделки с сёстрами и обсуждение соседских мальчишек. Как те подслушали и кидались в них шишками.
Успокаивающая тишина и особый запах её библиотеки.
Танюшка, постучавшая в дверь, а в глазок видно лишь связку шариков «тебе 18, а остальное – стаж»...
Мелкие, как бисер, переливающиеся, как жемчужины, эти воспоминания нанизывались на нить её жизни. И проливались первыми слёзами. Ведь ничего этого больше не будет. Не повторится. Не прикоснется. Не обнимется. А вокруг новый, огромный, пугающий мир. Где рядом с ней трое незнакомцев, которым от неё нужен прямым текстом только секс. И то всего на пару месяцев.
Ревела она долго. И старательно. Пытаясь оплакать всё то, что потеряла так неожиданно. Не сделала. Не сказала. Не поняла. Пока между всхлипами не услышала голоса за дверью. .
– Я больше не могу это слышать, – простонал Эртеги. – Сделайте что-нибудь.
– Что?! – огрызнулся Шеддоу.
А Стеф особенно горько всхлипнула, потому что ещё и другим оказывается мешает.
– Я не знаю! – рыкнул Мелмур. – Что успокаивает женщин?
Стеф пыталась задержать дыхание, но так просто по щелчку долгую истерику не остановить.
– Украшения? – нерешительно предположил Эртеги.
– Ты видел её шкатулки? Там половина сокровищницы русалок, кажется, – отмахнулся Шеддоу.
Стеф даже икнула. Это где у неё такое? Надо будет потом уточнить. Это же можно продать и не работать хоть какое-то время. А если вложиться с умом, то и дольше.
– Шуба? – предложил тем временем Шеддоу.
– Эй, вы чего так на меня смотрите? – удивился Мелмур. – У моего барса шуба не снимается, только в комплекте со мной. Может лучше цветы?
– Где мы ночью найдем цветы? – вздохнул Эртеги.
– Вообще я могу выйти в городской сад, – протянул Шеддоу.
Через короткое время послышалось шуршание, копошение, «нет, я с таким не пойду», «что это за букет? Это веник какой-то!..», «Что нашёл в темноте!», недовольный мявк. Уже заинтересовавшаяся Стеф всхлипывала, успокаивая дыхание. И на всякий случай лицо прикрыла мокрым полотенцем, как паранджой. Конечно, полагалось накладывать его на глаза, но больно хотелось увидеть что придумали эти трое.
Дверь быстро приоткрыли, в щель втиснули сопротивляющегося барса с букетом в зубах и снова захлопнули.
Мелмур прижался к деревянной поверхности, затравлено глядя на Стеф. Уши он приложил к голове, похоже от воспоминания «ааа!» в исполнении Стефании.
Решили успокаивать котиками? Но в целом какого размера был этот котяра, на большую истерику хватит. Даже с запасом. Это они хорошо придумали.
Стеф смотрела на кота, кот смотрел на Стеф и нервно комкал в зубах пучок травы. Сейчас же разгрызёт, а ей так давно не дарили цветов.
– Это мне? – улыбнулась Стеф, забывая, что этого не видно под накинутым на лицо полотенцем. – Как мило. Спасибо. Иди сюда, – похлопала она по кровати.
Мелмур пошел вперед. И видно было, что старался ступать гордо, а как будто в любой момент был готов прижаться к земле или сбежать.
– Давай поставим цветы в воду, – перехватила Стефания груз. И искренне улыбнулась. Растения надёргали некоторые с корешками. Было что-то в этом милое.
Как первый букет из одуванчиков и почему-то карандашей, подаренный ей Стёпкой в третьем классе. Она тогда всю блузку перепачкала в жёлтой пыльце. А мама застала её пытающейся отстирать всё это мылом в раковине. Выслушала, ругать не стала, поцеловала и почему-то слезинку вытерла. Один из одуванчиков ещё долго хранился между страниц медицинской энциклопедии. А вот карандаши как-то растерялись.
Постаравшись аккуратно расправить примятые цветы, Стеф установила их в наполовину пустой кувшин с водой. Эстетически смотрелось может и не очень, зато так искренне.
Барс наблюдал за ней с кровати, изображаю статую. Лишь глаза двигались. И кончик хвоста нервно стучал, обвивая лапы. Милота же. И почему она испугалась его в первый момент? Большая и пушистая киса.
– В мужика не оборачиваешься до утра, – строго предупредила Стеф. А потом задумалась – а вдруг ему нельзя так долго в животной шкуре? Смутилась и уточнила: – Сможешь?
В фырке барса читалось что-то вроде «да легко!».
– Вот и замечательно! – обрадовалась она. А потом сама напала на большого котика.
Нервно мявкнув, Мелмур оказался заваленным на кровать, а Стефания довольно зарылась пальцами в белую шерсть.
– Какой же ты мягкий, – довольно проурчала она, почёсывая бока. – И тёплый. И хороший, – пробормотала она, носом утыкаясь в загривок.
Барс удивленно, но довольно затарахтел. И так хорошо стало. И плакать больше совершенно не хотелось. Да и выистерила она уже свой стресс. Дальше слёзы уже ничего сделать не смогут. А вот большой, пушистый и урчащий котик – это просто замечательно.

* продолжение здесь =>  Всегда ваша, суккуба Стешенька